История начинается с фразы, которая уже стала мемом для миллионов разбитых сердец: «давай останемся друзьями». Ну да, конечно!
С такими друзьями и врагов не надо — они сами тебя доведут до ручки. Мужчины, предлагающие остаться в дружбе после расставания, обычно знают о дружбе ровно столько же, сколько я знаю про квантовую физику — то есть ничего, зато женщины об этом осведомлены на уровне интуиции и переживаний.
Вспоминаю себя в 12 лет — компания подростков решила устроить мне «белоснежный» день: обсыпали голову белым порошком из капитошки. Для тех, кто забыл или не знает, капитошка — это такой воздушный шарик с крахмалом внутри, чтобы потом взорвать в лицо невинной жертве.
В женском туалете незнакомая девочка помогала вычесывать меня из волос этот крахмал и говорила: «Ну надо же, дураки». Я пыталась не плакать и делать вид, что мне совсем не обидно. Но стоило нам выйти из туалета — бац!
Те же ребята снова атакуют меня у двери. А я уже без сил вылавливаю белые комочки из прически и хожу так по школе до конца уроков.
Знаете, это был мой первый опыт быть живым памятником терпения.
Перенесемся в апрель 2016 года: у меня должна была быть готова дипломная работа. Вместо этого у меня был только расчет и распечатаны чужие чертежи — ну как настоящая студентка-легенда! Полгода сидела на диете (то есть голодала), весила 58 кг и продолжала считать себя «толстой».
Научная руководительница вручает мне флешку со словами: «Просто вбей свои цифры». Мы обе прекрасно понимали, что я этого никогда не сделаю — ведь после колледжа жизнь прекрасна и полна приключений (или Netflix). Она открыла для меня кабинет информатики, где я провела часы в попытках хоть что-то сделать. Диплом распечатан на принтере с качеством «шарж», осталось только сшить его скобками — о да, настоящая творческая работа!
21 марта я была так нервозной после полусуточного срыва, что перестала есть и боялась выйти из дома.
Машина под окнами ехала слишком громко — чуть не подпрыгнула от страха. Мама приезжает после ночной смены и почти силой вытаскивает меня на прогулку. На мои протесты типа «там люди!» она отвечает: «Ты же любишь трамвай?
Просто покатаемся». Мы вышли напротив какого-то подлеска и начали шуршать миндалем — чтобы привлечь белок.
И тут белочка садится мне на руку! Крохотные лапки, солнечный хвостик… И знаете что? Мне стало легче!
Как говорится, если тебе плохо — найди белочку.
31 марта после операции у меня болит шов размером два сантиметра так сильно, что кажется: это конец света. В тот же день человек моей мечты рассказывает про свою девушку… Ну а я заканчиваю вечер в ночном клубе одна в серебряной юбке и состоянии полного расстройства (ну знаете такое состояние – когда хочется исчезнуть).
Моя подруга не смогла пойти со мной туда но мгновенно отвечает на все мои сумасшедшие сообщения вконтакте; когда я решаю прокатиться по городу с тремя парнями ночью – она вытрясает паспорт одного из них (чтобы знать куда звонить) и ждет моего сообщения «я дома» до половины третьего ночи.
22 мая меня размотало после признания в любви… которое закончилось плохо. Я истерически смеюсь и боюсь смывать макияж – кажется если смою его сейчас, то начну рыдать весь вечер подряд. Подруга разговаривает со мной по телефону четыре часа подряд; я пытаюсь заверить ее: мол всё нормально уже – можешь отдыхать от меня! А она просто не кладет трубку и рассказывает смешные истории про банановый блайзер (кто вообще придумал эти модные слова?) и свои детские новогодние платья.